Увидала меня — ощетинилась, бухнула раза два. Я не испугался ее и забежал на крыльцо, Только хотел дверь открыть, она меня сзади лапами сгребла и стащила вниз. Я упал, она надо мной стала и рычит, а кусать — не кусает.
Тут выбежала баба, — должно быть, лесникова хозяйка.
— Полкан, Полкан! Ах, окаянный, загрыз парнишку, начисто загрыз!
В руках у нее чугунок был. Она подбежала и чугунком этим собаку по спине, потом помогла мне встать.
— Искусал? Погрыз? Что же ты, ай не видишь, какой он? Он не только что человека, быка — и то повалит.
— Да нет, не покусал он меня. Ты скорей дядю твоего зови, лесника.
— А его нет, он в село уехал. На что он тебе?
— Лошадь там утопла, вытаскивать надо.
— Какая лошадь-то, чья?
— Да не знаю я. Может, ваша.