Едва поровнялись со мной по одну сторону Настя, по другую — Авдоня, я в два прыжка очутился возле Насти и схватил ее за плечо. Авдоня только руками развел. Такой прыти он совсем не ожидал.
— Авдоне, Авдоне водить! — закричали.
Не торопясь, мы за руку с Настей пошли становиться.
Вот я с ней. Слышу, как она дышит, вижу, как поправляет платок. Держу ее за руку. Рука теплая, пальцы маленькие. Искоса гляжу ей в лицо. Черные, в ниточку, брови, которые мне во сне и наяву мерещатся, ровный, белый лоб и чуть видны растрепавшиеся из‑под платка волосы. Поговорить бы с ней… Ведь столько времени не виделись! Не знаю, с чего начать. Оглядываюсь — не Авдоня ли сзади? Нет, он еще водит. Стало легче, и, не думая, не зная о чем говорить, спросил:
— Ты не хворала?
— Не–ет. А что?
— Тебя не видно.
— Где же увидишь меня? Ты — в степи, я — дома. И я рано не встаю, как ты.
Ее слова резнули меня.
— Скоро экзамен сдавать, — сказал я.