О схватке с кокшайскими уполномоченные узнали не от управляющего, а от того лее железнодорожника, который приходил на постоялый двор.
— Откуда он пронюхал? — удивился староста. — Я сам ничего не знал, и Харитон не знал.
Мне хотелось повидать Харитона. Когда я его увижу?
«Стой! — догадался я. — Нынче».
Выгнали на степь. Прохладно, ветерок дует.
Вот и солнце взошло. Дружнее закаркали вороны над лесом, шумно поднялись грачи.
— Дядя Федор, за пирогами не пора?
— Иди. Или пусть Ванька сходит.
— Нет, я сам: он половину себе оставит.
— Парень вороватый.