Денис, крупный ростом, задумчиво протянул:
— Да, в Сибирь нам не миновать. Что ни колготись тут, а толку нет. Вон гляди: степь. Намечем мы сена стогов полсотни, а кому?
Филипп, мужик умом недалекий, вскинулся:
— И куда барыне столько сена?
На это крестный Матвей с усмешкой ответил:
— Как куда,, чудак–человек! Ведь барыню не с нами сравнять. Она спит на сене. Кажну ночь ей сено меняют, а то и раза два в ночь.
— Что же она, под себя, что ль, ходит? — удивился Филипп.
— А ты думал, как мы — захотим до ветру и бежим? Она, брат, хитрая, под себя…
— Ах, стерьва! — всплеснул десятский руками и головой затряс.
— Да врет он тебе, — вступился Ворон. — Ты и рот разинул. Сено барыня казне продает. В армию идет сено.