— Нет, не прискачут стражники! — заключил Ванька. — Косорукий промолчит. Стыдно ему, чай, сказать: пастухи, мол, меня избили.
Из‑за дальнего кургана
Мы не ждали к нам Ивана, —
сложилось у меня. И слова, сначала вразброд, как коровы, затем стройно, как косцы в степи, уже шли сами:
Но приехал в виде буки
Этот самый Косорукий
И давай на нас кричать,
Поминая часто мать.
Косорукий, барский пес.
Кто тебя сюда занес?