— Ужель про наше село?
— Сказано‑то о деревне, а надо думать — о нашем селе. Видать, губернатор донес в столицу. Эй, товарищи, — крикнул Харитон на улицу, — сюда! Слушайте, каких гостей надо ждать. Читай, Михаил.
Среди напряженной тишины телеграфист Мишка читал:
«СЕКРЕТНАЯ МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ Губернатору Бездействие и нерешительность вредны. Показать силу правительственной власти. Чтобы покончить с беспорядком, примите самые суровые меры: деревню бунтовщиков полезно стереть с лица земли, а их самих истреблять без снисхождения силою оружия. Не останавливаться перед действием артиллерии. Столыпин».
— Ах, сволочь! — крикнул Самсон. — На японцев бы им так.
— Еще бы денька два нам передышки.
— Соседние села надо известить. Если нагрянут со станции, нас успеют упредить, а тронутся через Кокшай — хуже.
— Полезно стереть нас с лица земли? — повторил кузнец. — Правительство… Манифест… Верно поют: «Царь с испугу издал манифест — мертвым свободу, живых под арест». Сволочи! Две Думы разогнали. Не в угоду были. В Сибирь рабочих депутатов сослали. Нет, все имения надо жечь подряд, а барское отродье вешать! Солдат в городе много?
— Прибавилось. Из Маньчжурии вернулись.
— Что же они?