Страшный поединок изумил всех. Но еще более изумились, когда эти же коровы снова сошлись, покосились, что‑то промычали, а потом принялись облизывать друг дружке шею, спину, бока.
— Ах, черт! — воскликнул Иван Беспятый. — Выходит, помирились.
— Небось и ты с японцем целовался.
— Пойди ты с косым сатаной в болото! — рассердился Беспятый.
— А все‑таки япошка отгрыз тебе пятку?
— Я ему глаз вышиб.
— Где уж глаз! Ты небось удирал от него, а он тебе по пятке шашкой.
Беспятый хвалился, что если бы Куропаткин не струсил, быть бы японцу битым. И в который уже раз повторял:
— Стены‑то крепкие были у нас, да столбы гнилые.
После разговоров о японской войне всегда переходили к разговорам о земле: даст царь солдатам прирезку или нет? Беспктый уверял, что раз царь обещал награду, землю прирежут.