Жаворонки неумолчно заливаются в выси. Умолкают тогда лишь, когда над степью появляется зоркий коршун. Быстрые стрижи то взовьются и застынут на одном месте, то вдруг молнией хватят к земле, и снова взлетят, и снова замрут.
В далеком лесу кричат грачи. Там на березах уйма гнезд. Мы с Ванькой уговорились как‑нибудь сходить туда. Грачиные яйца очень хороши, если их испечь в горячей золе.
— Что им скажет барыня, не знаю, — проговорил наш старик.
— А тебе не все равно? — сказал я.
— Как это все равно?
— А так. Земля тебе вроде ни к чему. Ты стадо пасешь.
Он усмехнулся.
— О людях я, не о себе. А свою душу я навечно продам.
— Зачем?
— Продам и пропью.