— Ей–богу. Зубы у тебя… как овес… белые. Ты их чистишь?
— И не знаю, как это… чистить. А ты? Ну, покажи.
Я вздохнул.
— Нет, не покажу, Лена.
— Я и так их видела. Они у тебя… ты, видать, влюбчивый… редкие.
— Правда, Лена, и редкие, и влюбчивый. Что мне теперь делать, не знаю.
Игнат и Арина сидят рядом, разговаривают. О чем говорят, мне дела нет. В избе тепло, лампа льет тихий свет, а на улице мороз и, кажется, поднялся ветер — слышно, как бросает снег в замерзшие стекла.
— Небось есть зазнобушка, — проговорила Лена, наливая мне чай.
— Есть.
— Крепко тебя любит?