А к нам действительно подошло куда более полсотни людей.
— Нет, не все тут уполномоченные. Нас несколько. Вот они, — указал я.
— О чем нам говорить? — снова, с еще большим презрением спросил он.
И я, едва сдерживаясь, глядя на его ожиревшее лицо, сказал ему четко:
— Гражданин Сабуренков, мы пришли к вам не стоять возле закрытых ворот. Во–первых, откройте их, Ео–вторых, будьте хозяином и примите гостей, которые пришли поздравить вас с революцией.
Долго смотрел он на меня, меряя взглядом с головы до ног, но и я не спускал с него глаз.
— Хорошо, — сказал он, — хотя есть калитка, но для гостей — ворота настежь.
Он отпер замок, сдвинул огромный засов и, открыв ворота, не оглядываясь, пошел вперед. Твердой, осанистой походкой шел он, этот владелец нескольких имений. Он привел нас в контору, открыл дверь в небольшой кабинет, прошел к столу и сел. Нас он не пригласил сесть.
— Так что скажете?
Некоторое время мы молчали. Затем Федор вышел вперед и робко начал: