— Большинство! — сказал Филя. — Кто против?
Подняли и против, но то были отрубники, и далеко не все. Я случайно посмотрел на Игната. Нет, против он руки не поднял. Проголосовал Филя и второй пункт. И когда проголосовал, снова я встал на скамью и, обращаясь к Гагарину и мельникам, объявил:
— Отныне вы волею народа лишены власти!
— Ура–а! — Кругом захлопали в ладоши.
Кандидатов в комитет навыкликали полсела. Многие отказались, против некоторых выступили. Даже против Игната выступили, но я сказал за него слово. И после голосования я дочитал протокол:
— «…вместо них избрать Федора Чернова, Фому Тараканова и Марью Медведкову».
Вдруг в задних рядах народа произошло какое‑то движение, раздались восклицания, захлопали в ладоши.
— Что там? — спросил я Филю.
— Матрос Гришка заявился!
Среди расступившейся толпы шел Гришка–матрос. Одной рукой он опирался на костыль, за вторую вела его ликующая Дуня.