— Нет, не придется, — шепчу я и бросаю «народную» газету. — Малость опоздали, как сказал мужик в Субботнике…
— Заправляйтесь, — принес сторож посуду и сахар.
Степка позвал Павлушку, мы уселись и принялись за чай. Кроме хлеба, у нас ничего не было. Сторож налил и себе чаю. Мы отрезали ему кусок хлеба. Посмотрев на нас, он спрашивает:
— Гляжу, молодые вы, а успели на войне побывать?
— Да, пришлось.
— У меня там два сына. Третий раненый пришел.
Павел снова ушел к воротам. Старик, покосившись на барышень, нагнулся ко мне, шепнул:
— Комитетчик сын‑то. Мужики наши землю у помещика захватили. Грех один. Ругаю я его, вот как ругаю. Зачем связался? Каратели мечутся.
— Ты, наверно, и сам… большевик? — спрашиваю его.
— Что ты, что ты? Меня бы тут и часу держать не стали.