За окном торговались, кричали, скрипели. Полковник не выдержал:
— Иван Арефьич, да закройте окно! Голова трещит. Что за манера — базар перед самым кабинетом!
Иван Арефьич, на цыпочках, закрыл окно и позвал:
— Следующий.
Томно, жеманясь, рассказывал казначейский зять. Прокурор спросил:
— Так, значит, он вернулся в трактир, а потом опять выбежал? Ага. Ну, а платок? Вы о платке, кажется, что-то упоминали? Он за платком вернулся?
Казначейский зять вспомнил исплеванный красный Тимошкин платок, кисло поморщился и сказал гнусавя, с досадой:
— Какой платок? Я никакого платка не помню.
Как-то неприлично даже было и вспоминать-то ему об этом платке.
Барыба привычным нюхом шел за вопросами прокурора. И когда дошло до платка, он уверенно сказал: