Прошло несколько месяцев. Оставляя под натискам Красной армии село за селом, немецкие оккупанты далеко откатились на запад от древнего города Лихвина. Землянка в лесу опустела. Недавние партизаны восстанавливали разрушенное фашистскими варварами городское хозяйство.
В кабинете председателя Лихвинского горсовета с утра до ночи народ. Работы и в районе и в городе уйма. Председатель до позднего вечера засиживается в горсовете, склонив седеющую остриженную ежиком голову над сметами, планами и чертежами.
Инспектор городского отдела народного образования Музалевская поднимается по лестнице горсовета.
— Подождать придется, — говорит секретарь, — У Николая Семеновича народу много.
Музалевская садится на деревянный диван и обмахивается тетрадкой. Жарко. Она целый день моталась по району, обследовала школы и очень устала. Пыльный луч косо ложится на заваленный бумагами стол секретаря, играет позолотой ордена на гимнастерке Музалевской.
Полчаса спустя Антонина Алексеевна входит в кабинет председателя.
— Вот, дядя Коля, наша смета. Несколько школ можно восстановить после пожара. Смотри.
Оба склоняются над сметой. Председатель горсовета записывает что-то в свой блокнот.
— Ладно, сделаем, что можно.
Он складывает бумаги, запирает ящики письменного стола.