— Бей! — крикнул Башков.
Бух, бух, бух… — гулким эхом разносилось по лестнице.
Сивачев размахнулся и ударил со всей силой. Доска раскололась и упала. Артемий нанес удар по другой доске и дверь распахнулась. Громадная собака с поднявшейся дыбом шерстью с диким рычанием бросилась на Сивачева, но в то же мгновенье раздался выстрел и собака, подпрыгнув, упала на спину. Из коридора загремели выстрелы. Башков и Артемий бросились в двери. Сивачев рванулся за ними.
В то же мгновение сверкнул ослепительным свет, раздался сухой треск, грохот, с потолка посыпалась известка.
— Назад! — крикнул Башков, выскакивая на площадку. — Артемий, пожарный сигнал!
Они возвратились на площадку лестницы; из двери клубами вырывался удушливый дым.
На площадку влетел вихрем Груздев. Лицо его было бледно, глаза вытаращены.
— Там… — прохрипел он, дрожа от волнения, — он выбросился из окна.
Сивачев побежал вниз по лестнице. На площадках толпились люди. Сивачев, расталкивая всех, выбежал на улицу и бросился за угол к стене дома. Он увидел его сразу и сразу узнал в нем человека в ермолке.
Выкинувшись из окна с высоты пятого этажа, он упал спиной на груду битого кирпича.