Побледневшие трактористы впивались руками в рычаги, сдерживая желание резко рвануть, убраться поскорей с опасного места. Они медленно и плавно отводили машины назад, стараясь подальше отойти друг от друга.
Наконец стало тихо. Треск прекратился. Козлов только теперь заметил, что все еще стоит на сиденье одного из тракторов и требовательно разводит руками.
С ближнего уступа горы Абрамов подавал сигналы, указывая место выхода на берег.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Снова под ногами твердая почва. Здесь может случиться все, что угодно: можно застрять, поломать машины, наскочить на что-нибудь. Но провалиться под лед здесь нельзя.
Плотник Опанасенко сбрасывает доху, взбирается на самый верх высоко груженных саней и оттуда смотрит на удаляющуюся сизую ледяную гладь Лены.
— Ай, бисова душа, як воно трищало! — никак не может успокоиться плотник.
После перенесенного потрясения трактористы возбуждены и оживленно вспоминают пережитое.
— Пугнула нас Лена на прощание, — смеются люди. — Чтобы помнили лучше да в другой раз осторожней были.
Движутся без остановки мощные машины.