— Бахвальство недопустимо в таком важном вопросе, как наш! — крикнул Ивлиев.
— А я вывезу второй, — прогудел Дудко и добавил: — И очень даже просто — можете не сомневаться. Раз Дудко говорит…
— Подожди, Иван Григорьевич, — перебил его Козлов. — Никто из механиков не будет вести трактор. Вы механики и отвечаете за судьбу всех тракторов колонны. Но я согласен со Складчиковым и Дудко: трансформаторы можно вывезти, и мы их вывезем. Это нам по пути, и это нам под силу. Не пропадать же трансформаторам, в которых так нуждаются прииски Алдана. Я считаю, что мы должны идти с предельным напряжением машин и людей. 80—100 километров в ходовые сутки, 25—30 дней пути — вот как мы должны двигаться!
— Ну, что за ерунда… — все более раздражался Ивлиев. — Вы будете идти самое меньшее два месяца. Это в лучшем случае. Если все будет в порядке, если вы дойдете…
Последние слова, видимо, нечаянно вырвались у Ивлиева, и он, чувствуя, что сказал лишнее, смолк на полуслове.
Абрамов вычистил трубку, снова набил ее.
— Мы дойдем, обязательно дойдем, — сказал он, обращаясь к Ивлиеву. — Это необходимо, так нам поручило правительство. Насчет сроков я пока не знаю, кто из вас более прав, но я за тридцать дней. Нас ждут люди, находящиеся в бедствии, и на нас смотрит Родина. Без этого всего путь, быть может, и продолжался бы два месяца. Сейчас вся наша воля, мысль, дело, усилия должны обеспечить срок в 25—30 дней.
— Все это очень красиво, — Ивлиев развел руками. — Но снег — это снег, а морозы — это морозы. Вы разморозите машины.
В комнате наступило молчание. Это был один из самых веских аргументов, камень преткновения, который уже столько времени старались обойти Козлов со своими механиками. Они разрабатывали десятки вариантов и остановились на чрезвычайно смелом, рискованном, но единственно возможном. Только он позволял пройти 2000 километров без остановок на заправку водой, без опасности заморозить тракторы.
Инженер и механики решили вместо воды заливать радиатор керосином. Керосин не замерзнет. Его не нужно сливать на остановках. Его легко пополнить. Решение это было окончательно принято лишь незадолго до начала совещания, и теперь Козлов с волнением ожидал, как отнесется Абрамов к их предложению.