— Конечно, кому что, — строго замечает Складчиков. — Людям — несчастье, а Дудко — красота. Понимаешь?
Дудко недоверчиво смотрит на Складчикова, потом ловит скрытую усмешку в глазах товарища и успокаивается.
— Ладно тебе! — лениво говорит он. — Я же не про то совсем… Василий Сергеевич! Скажи, пожалуйста, какая она из себя, Якутия. Знаю, что морозы там лютые, а так, чтоб подробней…
— Я ведь и сам не очень-то много о ней знаю, — честно признается Козлов. — Даже стыдно. Вот только перед самым отъездом урвал я часок, побежал в библиотеку, прочел в энциклопедии раздел о Якутии, кое-что заметил себе…
И вот все трое глядят в небольшую записную книжку инженера, где вычерчены какие-то контуры с условными сокращенными названиями да идут такие же сокращенные поспешные записи.
Козлов водит карандашом по рисунку.
— Вот она, Якутия! Это, товарищи, целая страна — да еще какая огромная! Только народу здесь маловато, места суровые. Значит, так: с севера тут моря — море Лаптевых и Восточно-Сибирское. Это моря Северного Ледовитого океана. Ну с востока около Якутии — Чукотка, Камчатка, потом Нижне-Амурская область, она тянется по берегу Охотского моря. Понимаете, Якутия только немного не доходит до другого океана — до Тихого. То есть, расстояние там порядочное, но по сибирским масштабам это немного. Теперь, смотрите, с запада — Таймыр…
— Интересно! — вдруг басит Дудко.
— Что интересно? — недовольно спрашивает Складчиков.
— А вот «Северный», «Ледовитый»… Слова-то какие…