— Да что ж такое… смерть? — бормотал старик. — Придет конец краю — вот тебе и смерть…
Так Вася и не мог добиться ясного ответа на свой вопрос…
V
Вася двух лет остался круглым сиротой, без отца, без матери. У него был единственный родственник — дядя; четыре года он жил у дяди, пока тот не умер. Сторож и сторожиха — старики бездетные — сжалились над убогим мальчонком и взяли его к себе в приемыши, вместо сына… Около того же времени ослеп и Павел Рябок, всю жизнь свою проживший с женой в батраках по чужим людям. Были у него в Боровом двоюродные братья, но они переписались в мещане и уехали на житье в город. Разбогатевшие родственники не захотели и знать бедного Рябка.
— Приютили одного слепого, возьмите уж и меня, добрые люди! — сказал он сторожихе, как-то прибредя в церковь.
Ульяна была женщина добрая, близко принимавшая к сердцу людское горе.
— Ну, что ж… Иди, Бог с тобою! Как-нибудь прокормим… — отвечала ему сторожиха.
— Знамо дело, мир не даст умереть убогому, темному человеку… — мудро заметил Иван.
Вот вместе и поселились наши слепые — старый да малый — в церковной сторожке, под колокольней.
Когда Павел Рябок был еще зрячим и ходил по праздникам в церковь, то нередко встречал на погосте маленького слепого. Грустное и кроткое личико с закрытыми глазами тогда еще внушило Рябку большую жалость к себе и крепко запало ему в память. Несколько раз принашивал он Васе гостинцы: то калач, то печеных яиц, то пряников-сусляников. Тогда у него и в мыслях не было, что судьба когда-нибудь сведет его самого на жительство с этим маленьким слепым. Едва прошел год, — и вот Рябок поселился вместе с Васей в церковной сторожке.