— Не помню!
— Гм! Вот так штука!.. — проговорил великан, смотря на свою гостью и в недоумении почесывая затылок. — Ну, кроме хозяйки, кто же еще жил с тобой?
— А жил еще хозяйкин муж и ее брат.
— Что ж, тебе плохо было у них?
— Хозяин-то ничего, смирный такой, тихий… Ни одной колотушки я не видала от него… — рассказывала девочка. — А сама хозяйка… ну, рука в нее тяжелая! Повесила она на стене, над моей постелью, ремень — и этим ремнем все била меня… А уж особенно хозяйкин брат… и-и-и, беда! Колотил меня — страсть! Вот и вчера еще он все руки мне исщипал… вон, видишь как!
Девочка засучила рукав, и действительно, повыше локтя, на белой коже были явственно видны сине-багровые пятна.
— Господи, Боже Ты мой! И поднимается рука на малого ребенка! — сказал великан как бы про себя. — Гм! Уродятся же такие люди… Диво!
Он удивлялся, потому что сам никогда не мог поднять руки на ребенка. Сильные люди обыкновенно бывают смирны и не драчливы.
— Ты жила у них в работницах, что ли? — спросил хозяин, немного погодя.
— Да, в работницах!