— Не полезу.
— „Не полезу“. Заладила сорока… Да почему не полезешь-то?
— А вот так.
Наступило молчанье.
Примус Газолинович словно что-то обдумывал.
— Так полезешь? — спросил он, наконец, еще раз.
Андрюша отрицательно покачал головой. Потом он сразу отпрянул — такое страшное лицо сделалось вдруг у Примуса Газолиновича.
— Я тебя, бездомную собаку, приютил, а ты не полезешь! Скотина этакая! Видал это!.. Полезешь!
Одною рукою схватил он Андрюшу за горло, а другою приставил ему к шее холодный нож.
— Полезешь?