Феникс неопределенно улыбнулся.
— Теперь не разберешь, что можно, что нельзя, — сказал он, — такая, братец, пошла неразбериха, что чорт ногу сломит. Надо пытаться.
— Значит ты больше не хочешь быть контрабандистом?
— Какая теперь к чорту контрабанда. Тут и французы, и англичане, и не разберешь кто! Нет, баста! Проберусь к твоим большевикам! Мне они что-то все больше по душе становятся.
— А как пробраться?
— Вот в том-то вся и загвоздка. Обмозговать надо во всяком случае.
— Феникс, — сказал Вася, — в Москве мы не расстанемся. Я тебя познакомлю с моими друзьями, я знаю наперед, что ты с ними сойдешься.
— Ладно. Услуга за услугу. Я ведь тебя тогда, парень, легко выдать мог. Ведь за тебя две тысячи предлагали, а деньги, сам знаешь, на дороге не валяются. Однако не выдал. А ты меня за это в Москве с хорошими людьми сведи.
— Сведу, непременно сведу. Мы там с тобой хорошо заживем. Будем работать.
— Погоди «работать», «работать» — еще не приехали.