— Кто идет? — грозно крикнул часовой.
— Свой!
— Какой такой свой? явственно отвечай!
— К Дьяволу Петровичу по важному делу.
— Не велено никого пущать! катись!
— Да мне...
— Катись, тебе говорят!
— Я...
— Ах, ты вот как, возражать! сволочь!
И часовой так грозно вскинул ружье, что Вася отступил. Он решил попытать счастья у другого хода, но сделал вид, что возвращается обратно. Дойдя до ворот, он оглянулся и убедившись, что часовой не смотрит, юркнул на другую дорожку. Проваливаясь в снегу, он направился к тому крыльцу, у которого в прежние времена бывало сиживал Петр, читая письма от Степана. Какая-то тень мелькнула рядом на снегу.