Полковник вдруг засверкал глазами, и хватил по столу кулаком.
— Говори правду, мерзавец, — рявкнул он.
«Феникс бы на моем месте наверное что-нибудь придумал,» — с отчаянием подумал Вася.
— Уверяю вас, — начал было он.
— К чорту! Запереть его для размышления в подвал! Если не одумается, — повесить.
— Совершенно правильно. Если бы он был в самом деле Стахеевым, разве он стал бы подслушивать? Явился бы прямо к нам и заявил...
— Вы, ротмистр, молодец! У вас нюх!
Вася словно в бреду почувствовал, как грубая рука схватила его за шиворот и поволокла через знакомую с детства переднюю. Еще один коридор, лесенка, и он очутился в холодной кладовой. Непроницаемый мрак окутал его. Вася вдруг понял, что ему нечего надеяться на спасение. Завтра утром он будет повешен. Красные на сахарном заводе будут захвачены врасплох!
Крыса с шуршанием пробежала у него под ногами. Вася сел на какой-то ящик и подобрал ноги.
Ему вдруг ясно представилась Москва, украшенная красными флагами, Сачковы, Федор. Но это видение исчезло и вместо него появилась перекладина и на ней петля. Вася в ужасе закрыл глаза.