Человек с седыми усами быстро оглянулся и воскликнул вне себя от удивления:
— Васюк!
Один из военных вздрогнул и обернулся.
— Дядя Ваня!
Они крепко обнялись.
— Ну, и молодчина, — говорил Иван Григорьевич, оглядывая Васю с головы до ног.
— Да и вы, можно сказать, молодцом! Но, когда же вы приехали.
— Вернулся, брат, два месяца тому назад... Пока еще были кое-какие деньжонки, жить было туда-сюда... А потом, брат, пришлось лакеем итти в какую-то гостиницу и препаршивую!.. Всяким прохвостам сапоги чистить! Слуга покорный. А тетушка-то, Анна Григорьевна! Кассиршей в кино! Видал-миндал?.. Это она-то!. А?
Вася живо припомнил Анну Григорьевну, когда она бывало строго проходила по большим комнатам особняка. Он попытался представить ее себе, выглядывающей из окошечка кино-кассы, и не мог.
— Ну, а ты что? — продолжал Иван Григорьевич.