— Проходи, дяденька, важный какой, страсть.
Городовой отошел, махнув рукой, а женщины продолжали кричать и браниться, переминаясь с ноги на ногу от крепкого февральского мороза.
В этот день, поднявшись на чердак, Вася застал Федора в большом волнении:
— Ну, — сказал он, — недолго мне здесь сидеть. Дело к революции пошло. Маманьке в «хвосте» говорили: подожди, говорят, скоро и царю крышка и всяким так генералам! А без генералов и войны не будет!
* * *
Однажды, в конце февраля, Васин учитель, Иван Васильевич, ходивший к Васе каждый день, придя на урок, после своей обычной фразы: «Ну-с, что у нас сегодня?» — вдруг сказал:
— А в Петербурге-то происходят стычки между народом и полицией.
— Вы думаете, что начинается революция? — спросил Вася с волнением.
— Поживем, увидим, — отвечал учитель.
Больше Вася от него ничего не добился.