Через минуту вся передняя была полна серыми шинелями.
— У вас здесь в доме большевики скрываются, — сказал старший юнкер, — где у вас здесь проход на чердак?
Вася вспомнил тень, которую он видел возле слухового окна.
«Ну, — подумал он, — сейчас начнется сражение».
Два юнкера стали у выхода, остальные бросились на чердак. Но в этот самый миг в переулке загрохотал пулемет и послышались громкие крики.
— Эй, эй! — крикнули юнкера, занявшие вход, — назад, красные в переулке.
Вдоль стен теперь пробирались уже не серые шинели, а черные ободранные куртки. Но у людей, одетых в эти куртки, в руках тоже были винтовки.
Юнкера, отстреливаясь, бросились к воротам и скрылись за углом.
— Неужели у нас там на чердаке и правда большевики сидят? — воскликнул Иван Григорьевич, — что за ерунда такая!
Он взял свой браунинг и подошел к лестнице, ведущей на чердак. Простояв несколько секунд в раздумьи, он сунул револьвер в карман и сказал, махнув рукой: