Приведенные случаи массовых арестов, а затем применения жесточайших репрессий, назовем действительными, где на лицо есть виновники против Советской власти.
Но в большинстве случаев массовые аресты это такие, где действительных виновников нет, а все дело спровоцировано. Назовем их случаями мнимыми, провокационными, а еще есть случаи для устрашения населения.
Есть области в Советском Союзе, где гнев народный не выявляется в открытых враждебных действиях против представителей Советской власти.
Население спокойно и держит себя лояльно в отношении местных властей.
К числу таких областей следует отнести: Северо-Западную с центром Петербург; Центрально-промышленную, Область Коми, Белоруссию и Средне-Волжскую область.
Внешне кажется, что, как-будто, население охотно приемлет и Советский строй и диктатуру пролетариата. В действительности, совсем не то. Это лишь наружная сторона, а внутренняя скрыта до поры до времени и гнев народный вспыхнет в нужный момент.
В виду спокойного поведения населения в этих областях у многочисленных чекистов безработица; они изнывают от безделья.
Это еще полбеды; можно свободное время потратить на пьянство.
Гораздо серьезнее с чекистской точки зрения другая сторона такого затишья в работе.
А именно: Центральное ГПУ может предположить, что его представители на местах, в данном случае в областях со спокойным населением, неактивны, мало энергичны, и заключить, что не соответствуют назначению, и кое-кого могут убрать; или же вследствие затишья в делах могут произвести сокращения многочисленных штатов. Чтобы избежать того и другого, местные чекисты придумывают мнимые контр-революционные организации; измышляют и мнимые активные выступления с их стороны. Дальше работа во всем идет по установленному трафарету: массовые аресты, подтасованное следствие, рассылка одних по другим подвалам ГПУ, а там заключительный аккорд — расстрел; других же, малозначительных, ссылают на Соловки, или на Север Сибири.