Вот к ним ГПУ относится с такой суровой подозрительностью, как бы, причисляя их к опасным врагам Государства и общества.
Да, они враги... но враги не культурного благонравного общества, а враги разрушителей основ нравственности, семейных и общественных взаимоотношений...
Причем, они враги не физические, а духовные... Их оружие смирение, всепрощение, ангельская кротость и доброта... Это такое оружие, которое все ваши усовершенствованные средства борьбы бессильны преодолеть...
И не преодолеют...
* * *
Ждем прибытия «Черного Ворона» для погрузки. Что-то долго?..
За внешней цепью охраны на ближайших перекрестках улиц публика скопляется все более и более. Надо полагать, что многие москвичи, а родственники отправляемых, безусловно, осведомлены о массовой отправке на Соловки, и стекаются, чтобы взглянуть на своих близких и родных в последний раз перед отправкой, а, возможно, и в последний раз в сей жизни...
За оцеплением охраны видны плачущие женщины, окруженные двумя-тремя малолетними детьми... Это жены и дети пришли проводить своих мужей и отцов...
Мы ждали уже довольно долго. Какая-то, видимо, произошла задержка...
Лишь после посадки в поезд мы узнали о задержке. Оказалось, — что погрузка была назначена на товарной станции Николаевского вокзала, но при самом начале погрузки столпилось так много народа вблизи станции, что ГПУ приказало передать состав, арестантского поезда на дальний запасный путь, чтобы скрыть посадку от московской публики.