Она, казалось, задумалась, собираясь с мыслями. Внезапно она сложила ладони в молитвенном жесте, словно собираясь обратиться к Всевышнему.
– Жилет теперь шесть лет! Моей Жилет шесть лет! Она красива, изящна, нежна. У нее светлые волосы и голубые глаза. Ее золотистые волосы ниспадают на плечи. Она говорит мне: «Мама, я люблю тебя!» И каждый вечер она засыпает у меня на руках. Она ничего не знает о моей жизни, но видит, что мне трудно. Когда я стою у ее маленькой кроватки, я чувствую себя счастливее королевы. Вот кто такая Жилет. И ты эта Жилет?
Перед столь очевидной глубокой и искренней болью Жилет, ошеломленная, почувствовала, как слезы жалости набегают ей на глаза.
– Но если вы так страдаете, мадам, – проговорила она, – то почему же вы ненавидите меня, меня, столь же сильно страдающую?
Маржантина, казалось, не услышала этих слов.
– А если ты не Жилет, то где же она? Я не видела ее ни сегодня, ни вчера, ни позавчера. Где же она? Я ищу ее и не нахожу. Я так устала. Кто забрал ее у меня? Если бы она умерла, я бы знала это. Не говорите мне о ее смерти. Порой мне слышатся голоса, ведущие меня к ней. Но в тот самый момент, когда мне вот-вот должно повезти, всегда возникает какое-то препятствие. Париж прячет ее от меня. Франсуа прячет. Ему она нужна для собственного удовольствия. Дочь после матери. Когда он обесчестит мою дочь, он ее выбросит. Франсуа! О, Франсуа! Ты заплатишь за свои преступления. Красота отомстит за себя. Любовь за себя отомстит. Женщина отомстит за девственниц, которыми ты наслаждался, как игрушками.
– Мадам, – произнесла бесконечно нежно Жилет, – почему вы отчаялись найти свою дочь? Может быть, очень скоро вы ее отыщите.
Однако настроение безумной уже изменилось.
– Молчи! – очень тихо сказала она. – Мне скоро приведут ее… Мне пообещали… Мне сказали: «Оставайся здесь, и я приведу тебе твою дочь». Я делаю то, что мне сказали, я жду.
– А что вам обещали в обмен на возвращение дочери? – поинтересовалась Жилет, стараясь говорить тверже.