– Почему эта старая дура так упорствует?

– Достаточно, сир! Завтра Сент-Альбан заговорит…

– Поступайте, как слышали, Монклар! Но интриг вокруг трона я не потерплю. Клянусь Господом! Горе тому или той, кто осмелится играть мною!

«Мадам герцогиня д’Этамп погибла!» – подумал Монклар, склоняясь пред королем.

– Ступайте, Монклар, – промолвил на прощание Франциск I, – и поторопитесь закончить это дело.

– Сир, я стараюсь наилучшим образом соблюсти интересы вашего величества. Но я, направляясь в Лувр, собирался рассказать королю совсем о другом деле. Я имею в виду дело Двора чудес!

Лицо короля поскучнело.

– Вы, Монклар, – сказал он с добродушным видом, какой умел напускать на себя, – считаете так уж необходимым уничтожить этих висельников?

– Я совсем так не считаю, сир, – хладнокровно возразил главный прево. – Но я не могу позволить, чтобы над священной персоной моего короля безнаказанно издевались.

– Да ладно, Монклар! Признайтесь, что вы говорите, исходя скорее из личных интересов. Вы так ополчились на этих негодяев, потому что подозреваете их в убийстве своего сына. Вами движет понятное чувство, черт возьми!.. Но, правду сказать, так ли вы уверены в виновности этих разбойников в столь ужасном преступлении?