К шести вечера, как и приказал король, Ла Шатеньере и д’Эссе явились в Лувр и сообщили о своем прибытии королю.
На этот раз вместе с ними пришел и Сансак. Король по-дружески обнял его.
– Что же они с вами сделали, бедный мой Сансак! – промолвил он, внимательно посмотрев на придворного, только что снявшего шелковую маску, прикрывавшую его лицо.
Оно выглядело ужасно. Широкий шрам тянулся от лба к подбородку.
– Да, – с горечью отозвался Сансак, – я навсегда обезображен и вынужден теперь носить маску, чтобы не пугать женщин.
– Искренне сочувствую тебе, – сказал король. – Ты так гордился своей красотой, которую можно было сравнить с ликом Аполлона!
– Я отомщу, сир, – ответил Сансак. – Желание мести выгнало меня их моей норы, где я все еще прячусь и откуда выхожу только по ночам, словно какой-нибудь филин… Слышал, что сегодня вечером предполагается уничтожить бандитов. Я хочу участвовать в этой резне, черт меня побери! И горе этому Манфреду, если только он попадется мне под руку, на что я очень надеюсь!
– Мы все там будем, – сказал король. – Черт возьми! Я хочу помочь тебе, Сансак! Но признаюсь, что там будет знатная рубка…
– О, сир! Я слишком хорошо это знаю.
– Значит, в бой! Наши шпаги что-то подзаржавели. Надо, чтобы враг был недостоин наших ударов, во всяком случае. Это будет ночь развлечений для нас…