– Вполне возможно, монсеньор.
Прево показалось, что какая-то глухая радость прозвучала в ее словах.
– Теперь я точно узнал тебя… Это ты приходила ко мне однажды и просила помиловать какого-то цыганенка, которого я приказал повесить.
– У вас отличная память, монсеньор. Событие, о котором вы упомянули, произошло лет двадцать назад, даже больше.
– Верно! – едва слышно проговорил Монклар. – Память у меня изрядная… Это порой даже мешает… О! Если бы я мог забывать!
А громче добавил:
– В самый день казни ты бросилась на палача и сильно покалечила его… Тебя помиловали.
– Я это уже позабыла, монсеньор. Ваша память удивляет даже меня! А ведь в моем племени я считалась лучшей хранительницей памяти о значительных событиях нашего прошлого.
– Цыганенка повесили! – продолжал Монклар.
– Это был мой сын, монсеньор…