На пищу золотого века
Волк обречен по воле человека.
Пусть не даны ему ни вертел, ни плита,
За что же от него мы требуем поста?
О, Пастухи, я с вами не лукавлю,
Одно в вину я Волку ставлю:
То, что бывает он подчас
Слабее нас.
На пищу золотого века
Волк обречен по воле человека.
Пусть не даны ему ни вертел, ни плита,
За что же от него мы требуем поста?
О, Пастухи, я с вами не лукавлю,
Одно в вину я Волку ставлю:
То, что бывает он подчас
Слабее нас.