Открытие
Поезда шли мимо Серебрянки и днём и ночью. Они грохотали на стрелках и, не сбавляя хода, скрывались за семафором. Только местный пассажирский останавливался у низенькой деревянной платформы, но и тот через минуту трогался в путь. Такая уж маленькая станция Серебрянка. Она была расположена у самого леса, и в непогоду над ней шумели вековые сосны.
За лесом начиналась деревня. На её ближайшем к станции краю жил Алёша Свиридов. Летом, в каникулы, он помогал матери ухаживать за телятами на колхозной ферме или вместе с отцом — путевым обходчиком — ходил по железнодорожному пути, постукивая молоточком по рельсам, внимательно приглядываясь, нет ли где трещины, и помогая отцу подвинчивать на стыках слегка ослабевшие гайки.
Однажды, вернувшись в полдень с обхода участка, Алёша, не заходя домой, побежал на речку. Там он кубарем скатился с высокого берега и крикнул ребятам:
— Шагающий повезли, сам видел! Он по частям разобран и все равно махина!
— Больше дома? — спросил Тимоша, который мечтал быть плотником и уже умел строгать рубанком.
— Тоже спрашиваешь! Да дом перед ним, что козявка перед паровозом. Ковш всю платформу занимает, стрела — перекинь через речку — мостом ляжет, а кабинка не меньше клуба!
— А вы знаете, куда повезли? — перебил его Гриша Иванюк. Он сильнее всех был в географии и мог сказать, как из Серебрянки проехать хоть на Камчатку.
— На Волгу, — ответил Алёша. — На вагоне написано: «Сталинград — великой стройке коммунизма».