— А генералы терпят поражения.
— Как водится… Такая уж у них традиция сложилась… Конечно, это говорилось довольно легкомысленно. Миллионные полчища, вооруженные по-европейски — это уже не жалкие толпы пресловутых «хунхузов». Общая численность трех китайских армий достигала семи миллионов человек!
— А ведь это только авангард, — заметил г. Дюбуа, когда мы обсуждали однажды положение дела, собравшись в редакции. — Вся армия — сорок миллионов…
— Притом вооруженных современными орудиями и ружьями, — подхватил Пижон.
— Где они набрали столько оружия и военных припасов? — сказал я.
— Тридцать лет готовились, — ответил Пижон. — Все так называемое китайское возрождение ушло в это дело. Японцы, те мало потерпели от белых и просто хотели усвоить их культуру, поняв, что она дает нации силу. У китайцев ненависть к белым, чувство обиды, мысль о реванше, о мести господствовали над всем. Да ведь и пекли же их на медленном огне. Припомните-ка, что с ними проделывали, начиная с английской опиумной войны. А потопление 7000 китайцев у Благовещенска! Маньчжурские походы! «Подвиги гуннов» — помните? Немецко-англо-французско-русское нашествие во время восстания боксеров. Все отличились — и мы не хуже других — нечего греха таить… Почти целое столетие жестокостей, обид, насилий, оскорблений — можно дойти до исступления. Теперь надо расплачиваться… Тридцать лет они напрягали все силы, готовясь к этому походу. Я тоже думаю, что семимиллионная армия — только авангард…
— Этак, пожалуй, они всей нашей коалиции намнут бока — пробормотал я.
— Чего доброго, — заметил патрон. — Во всяком случае, надо, не теряя времени, организовать сопротивление. Предполагается, что Россия доведет свою армию до миллиона, Европа даст не менее миллиона; эта двухмиллионная армия должна одолеть, по крайней мере, китайский авангард. Превосходство военной техники, во всяком случае, на нашей стороне — и при том превосходство, я думаю, весьма значительное…
Ввиду тревожных известий, созыв конференции был ускорен. Заседания ее были, разумеется, закрытыми, но патрон знал ходы и выходы. При содействии некоторых влиятельных лиц официального мира, которые не могли пренебрегать поддержкою «2000 года», мы нашли доступ если не в зал заседаний, то в смежный с ним чуланчик, где поместились очень спокойно и удобно в обществе половых щеток и других предметов хозяйственного обихода. Отсюда все было слышно вполне отчетливо. Заседание началось в два часа дня и кончилось в половине восьмого вечера.
Вначале все шло гладко. Общий план кампании — отправка армий европейской коалиции на Урал, где они должны были образовать почти непрерывную «белую стену» (это выражение, пущенное в ход мной в «2000 году», сделалось популярным) против желтой опасности — не вызвал споров. Очень быстро установили, сколько солдат, орудий, аэрокаров поставит каждая из европейских наций. Разногласия начались только, когда возник вопрос, кому же вручить общее начальство над соединенными армиями.