7. ЖРЕЦ БОГА АМОНА
Весть о приходе в хижину старого Пинема белокожих странно одетых ребят разнеслась уже по деревне. Дверное отверстие хижины все больше и больше закупоривалось коричневыми лицами, старыми и молодыми. В полумраке сверкали только белки глаз и зубы и слышался гул спорящих голосов.
Всем хотелось увидеть наших ребят, и в дверях и за дверями была давка, шум и крики.
Фоше и старая Хити сердились, стараясь осадить любопытных, сдерживая их в дверях и боясь, что напором толпы стены хижины будут разрушены.
Но этого не случилось, а случилось вот что:
Почти внезапно шум прекратился, толпа расступилась и в дверях появился старый Пинем, а за ним кто-то очень толстый, надменный и надутый с совершенно лысой головой. Он вошел в сопровождении двух парней, из которых один нес какой-то бумажный сверток, а другой ящичек со всевозможными талисманами: статуэтками из глины и воска, освященными тряпочками, изображениями жуков, птиц, обезьян.
Это был египетский жрец со своими помощниками. Шарик с ворчаньем вскочил с циновки и оскалил зубы, но Костя оттащил его в сторону и уложил у своих ног.
Жрец, заклинатель болезни, увидев лежащего на земле Моню, поднял руки и запел какие-то молитвы.
— Что за черт, — выругался вполголоса, но сердито Сережа. Остальные ребята с любопытством смотрели, что будет дальше.