— Ну, это еще посмотрим, — сквозь зубы сказал Сережа Ступин, сжимая кулаки.
Ваня Петенко, Миша Суровцев, Костя Черняков стали возле него. Коля Чернов и Коля Сабуров шарили по углам, отыскивая хоть какое-нибудь оружие для защиты, но кроме двух бамбуковых палок от носилок найти ничего не могли. Общее волнение передалось и Шарику. Он взвизгивал, ворчал и вырывался из рук Гриши, сидящего на циновке возле Мони.
Дядя Масперо стоял в дверях. И вот едва лишь замолкла злая и гневная речь жреца и в ответ на нее толпа с криками сделала движение ворваться в лачугу, как дядя Масперо появился в дверях и шум толпы прорезал его голос:
— Остановитесь, египтяне, и выслушайте.
И внешний вид седовласого Масперо и сила его голоса были таковы, что толпа остановилась и замолкла, а дядя Масперо продолжал:
Мы прибыли в Египет из страны, ушедшей от вас на много тысячелетий вперед, и прибыли совсем не затем, чтобы оскорблять ваших жрецов, а затем, чтобы познакомиться с вашей жизнью, с вашими обычаями и помочь вам, если понадобится наша помощь.
Я пригласил вашего жреца к больному мальчику, чтобы показать моим ребятам ваш способ лечения больных.
В нашей стране, которая, как я уже сказал вам, на многие тысячелетия ушла от вашей, знают другие способы лечения, более верные, которые отличаются от ваших, как ясный день отличается от темной ночи.
Жрецы не лечат у нас больных, лечат ученые, знающие строение и жизнь человеческого тела.
Наука их называется медициной. И вот даже маленькие друзья мои смыслят в медицине гораздо больше, чем этот большой и толстый человек