Едва успел он закончить последний рисунок, как из темного коридора послышался топот ног и в усыпальницу фараона вбежал такой же, как Фоше, молодой парень — это был, как потом узнали ребята, помощник Фоше, тоже художник.
Он вбежал торопливо, едва переводя дух. Глаза и лицо его горели возбуждением.
— К Псару, К Псару… Забастовка… Бросай работу… Пиши требования… Скорей… Просят скорей… Пиши…
Его слова дядя Масперо перевел ребятам и лица и глава наших ребят зажглись таким же возбуждением.
Наконец-то настал момент, когда они смогут помочь египетским рабочим.
— Пиши, Фоше, скорей пиши… — торопил Сережа Ступин. И ребята увидели, как Фоше быстро взял в углу один из свертков папируса и приготовился писать острою кистью.
— Пиши, Фоше, я буду тебе диктовать. Пиши.
— Товарищи рабочие! довольно терпеть издевательства заклятых врагов рабочего класса- фараонов, жрецов, военачальников и жирных надсмотрщиков…
— Подожди Сережа… Ты диктуешь прокламацию к рабочим, а им нужно написать требования, которые они предъявят к губернатору, — сказал Ваня.
— Да, это верно, — подтвердил дядя Масперо. Пусть напишет сам Фоше. Ведь он знает лучше нас нужды рабочих, а вы потом добавите, что нужно.