Крики: «К Псару… К Псару!»… неслись все громче и настойчивее.
И вот, точно повинуясь какому-то инстинкту, сначала несколько человек, а потом и вся двухтысячная толпа бросилась бежать туда, где за хлебными полями я рощами деревьев, утопая в зелени садов, был загородный дворец Псару, губернатора Фив.
За ними бросились бежать и наши ребята. Было досадно, что они не сумели овладеть движением, и бежали не впереди, а позади рабочих.
Дядя Масперо скоро выдохся и стал отставать от наших ребят.
И вот когда кто-то из них оглянулся, он увидел, что за дядей Масперо бежит Шарик.
— Ребята, Шарик! — ребята оглянулись и увидели, что дядя Масперо наклонился к подбежавшему Шарику, потом быстро выпрямился и стал кричать и махать рукой, в которой что-то белело.
Ребята бросились бежать обратно к Шарику и дяде Масперо.
У Масперо в руке была записка, которую он вытащил из под ошейника Шарика, а в записке было:
«Ребята, нас с Моней окружили какие-то люди с копьями. Бегите назад. — Гриша».
Как только ребята это услышали, то они бросились на выручку Гриши и Мони.