Наши ребята никогда еще не видели моря, и 16 глаз выставились из окон кабинки и стали сверлить туманную даль горизонта.
Но моря еще не было.
Под ними была все та же земля, а на земле хутора, города и села, а в них люди, вероятно поднимающие головы вверх, следя за полетом маленькой алюминиевой человечьей птицы, несущей наших ребят.
По рельсам туда и сюда бежали цепочки поездов, но с той высоты, на которой были наши ребята, казалось, что поезда не бегут, а медленно ползут, как гусеницы.
— Море….Море…. закричал Ваня Петенко. показывая пальцем на синюю полоску впереди.
Дядя Масперо услышал, оглянулся и закивал головой.
Сейчас, будет виден Крымский полуостров, — снова сказал всезнающий Коля Чернов. Я читал про него.
В самом узком месте его, на Перекопском перешейке, в 1920 году наша геройская Красная Армия билась с белыми войсками генерала Врангеля. Он занимал весь Крым и с помощью французских инженеров так укрепил Перекопский перешеек, чтоб этом месте он, казалось, был неприступным.
Но выбросить Врангеля из Крыма было нужно во чтобы то ни стало.
И вот Красная Армия, в которую влились добровольно тысячи комсомольцев, бросилась в такое-же раннее ясное утро, как сегодня, на штурм этих неприступных твердынь с криком: «Даешь Крым»… Во главе их был т. Фрунзе, теперь Народный Комиссар Армии и Флота.