на колена
Бросился, плача, Пушкара: "О Наль Пуньялока,
Да будет
Милость богов и всякое благо земное с тобою!
В скромном уделе моем я, твой подданный, буду
спокойней
Жить, чем на троне твоем, где покой мой основан
Был па ударе неверных костей; и своими отныне
Буду я столь же любим, сколь был ненавидим твоими.
Прежде, однако, очищу себя от вины омовеньем