Мерещится Зораб. Поедем,
Рустем; позволь мне Грома оседлать;
Твоим упорным замедленьем
Жестоко будет шах прогневан». —
«Не бойся, Геф, — ответствовал Рустем, —
Никто мне в свете не указчик;
И твердо знает Кейкавус,
Что царствует в Иране он
По милости Рустема;
Он знает, что моя рука