Польский шпионаж во время войны
Различные польские шпионские организации никогда не проявляли такой активности, как во время войны. Своей деятельностью они продемонстрировали, что их антисоветская направленность остается неизменной.
После оккупации Польши эти организации завязали отношения с немцами. Высшие офицеры «Армии крайовой» встретились с представителями германской контрразведки и договорились с ними о совместной борьбе против движения Сопротивления. Между гестапо и этими так называемыми патриотами велись переговоры.
Организации «Национальное объединение» (СН) и «Национально-радикальный лагерь» (ОНР) поддерживали связь с гестапо. В этом нет ничего удивительного, поскольку эти крайне правые организации тяготели к фашизму.
Главарем «Национального объединения» был Фаддей Белецкий, состоящий членом комитета «Свободной Европы» в Америке и польским наблюдателем при «Европейском союзе» в Страсбурге. Обе организации совместно создали террористические группы, объединенные под названием «Бригада Свижскжиска».
Но все нити, оказывается, ведут к Добошинскому. Это матерый фашист, который во время войны яростно боролся против политики сближения с Советским Союзом.
Добошинский был немецким шпионом. Его завербовал в свое время доктор Эрнст. Затем он едет в Лиссабон, где находился один из центров деятельности поляков и, между прочим, проживал полковник Ковалевский из второго отдела (контрразведки) польского генерального штаба.
Прибыв позднее в Лондон, этот немецкий шпион издает газеты, получает деньги, суетится, ведет борьбу против организации движения Сопротивления в Польше. После войны он продолжает свою деятельность — неизвестно, на чьи средства — и связывается с «бригадой Свижскжиска», при помощи которой 23 декабря 1946 г. тайно приезжает в Польшу; здесь его арестовывают.
Но вернемся к Лиссабону, где Ковалевский, возможно, встречался с немецким шпионом Добошинским и где он руководил португальским отделением «Аксион Континенталь», то есть — формально — польского движения Сопротивления.
Впоследствии Ковалевский назначается в Лондон. Оттуда он, как говорят, распределял средства между польскими организациями Сопротивления во Франции и распоряжался большими суммами — по слухам, до 10 миллионов франков в неделю.