Не прибегая к такого рода поэтическим преувеличениям, можно сказать, что миссис Ауда - вдова раджи Бундельханда - была очаровательной женщиной в европейском понимании этого слова. Она говорила на совершенно чистом английском языке, и проводник не преувеличивал, утверждая, что молодая парсианка благодаря воспитанию превратилась в англичанку.
Время отхода поезда приближалось. Проводник ждал. Мистер Фогг рассчитался с ним, не заплатив сверх обусловленной цены ни одного фартинга. Это несколько удивило Паспарту, который знал, сколь многим его господин обязан проводнику. В самом деле, ведь парс добровольно рисковал жизнью, принимая участие в похищении Ауды из пагоды Пилладжи, и, если индусы когда-нибудь узнают об этом, ему трудно будет избежать их мести.
Оставался еще Киуни. Что сделают со слоном, купленным за такую дорогую цену?
Но, оказывается, мистер Фогг уже принял на этот счет решение.
- Парс, - сказал он проводнику, - ты хорошо и самоотверженно служил нам. Я заплатил тебе за службу, но не за самоотверженность. Хочешь взять слона? Он твой.
Глаза проводника сверкнули.
- Ваша милость, вы дарите мне целое состояние! - вскричал он.
- Бери его, проводник, - ответил мистер Фогг, - я все равно еще у тебя в долгу.
- Вот хорошо! - воскликнул Паспарту. - Бери его, друг! Киуни - славное и храброе животное! - И, подойдя к слону, он протянул ему несколько кусков сахару: - На, Киунн, на!
Слон тихо затрубил от удовольствия, затем взял Паспарту за пояс и поднял хоботом до уровня своей головы. Паспарту, нисколько не испугавшись, приласкал животное, которое вновь осторожно поставило его на землю; на пожатие хобота честного Киуни Паспарту ответил крепким пожатием своей честной руки.