— Да, понимаешь, завтра в одну комсомольскую организацию еду по конфликтному делу Орлова: исключили парня… ну, вот и взял с собой билеты, чтобы с утра в райком не заходить.
Вечером у Ильи собрались друзья. Четверо мужчин и две женщины. Выпили, закусили. Андрей никого не знал из гостей, но все они казались славными, простыми ребятами. Танцовали. Андрей — плохой танцор. Вытащила его на середину комнаты вертлявая, хорошенькая Дина; обнял ее. Почувствовал дыхание девушки на щеке у себя, крепче обнял, сделал пару шагов, стараясь попасть в такт музыке, но ускользал обманчивый мотив. Неуклюже повернулся, двинул невпопад ногой, и взвизгнула девушка: красноармейский сапог придавил ей ногу. Смущенный неудачей, Борейко отошел в сторону.
«Чорт дернул! — ругал он сам себя. — Тоже танцор нашелся».
А в комнате уже звучал новый танец.
Андрей уселся у патефона и смотрел на танцующих. И все чаще глаза останавливались на недавней партнерше.
Дина смеялась, часто поглядывая на Андрея.
— Что, понравилась? — тихо спросил Илья, незаметно зайдя за спину Андрея.
Вопрос застал врасплох. Смутившись, Андрей мотнул головой.
— Ну-ну, можешь поухаживать. Только завтра едешь — времени мало осталось.
Компания расходилась поздно. Перед уходом гостей Андрей заметил, что Илья о чем-то говорил с Диной. Они стояли у стола вдвоем и тихо беседовали. Дина изредка взглядывала на Андрея; лицо ее было серьезно, без улыбки.