— Чиновникам тоже! — подхватил и хозяин. — А прочие бегут: и ремесленный люд, и купчишки помельче, крестьяне, заводчина и солдаты — кто хошь…
— А казаков слыхал? — спросил гость, прищурив карие глаза из-под мягких собольих бровей.
— Да что же тут дивного! И казаки, бывает, бегут. У нас на Яике казацкая жизнь такая стала…
— Пей да закусывай! — перебил гость, наливая сызнова чарки.
Они снова стукнулись.
— Да-а… Под женской рукой все во скудость пришло, все в шатость… Корыстники рвут на куски Россию, — задумчиво говорил гость.
— И то ведь, ерёмина курица, чтобы Российское царство держать, женская рука слабовата. У государыни, сказывают, личико белое, ручки-то — бархат, ерёмина курица…
В это время раздался стук в ворота.
— Вот и ещё бог гостей посылает! — сказал хозяин, идя во двор отпирать.
Гость остался один.