Трушка смутился и просиял. Емельян приветливо посмотрел на улыбающегося Салавата.
— Что ж стоишь-то? Садись, батыр, — сказал он, обратясь к Салавату.
Но, вместо того чтобы сесть, Салават шагнул ближе к царю и страстно сказал:
— Казаки своё добро на возы сложили. Измену творят, государ!
— В Яицкий город хотят идти, — подтвердил Пугачёв.
— Держать их надо, — сказал Салават.
— Как удержишь! Их много, а я один, — устало и просто возразил Пугачёв. — Не всех пострелять, — слышь, воза заскрипели — идут… Их тыщи… Как их держать одному!.. — с горькой усмешкой добавил «царь».
Салават решительным, быстрым движением придвинул скамью к креслу Пугачёва и зашептал.
— Судар-государ, ты один?! — страстно спросил он. — Нынче я к тебе две тысячи человек привёл… Айда, идём завтра вместе… Сто тысяч можно башкирцев поднять… Башкирский народ, — с гордостью подчеркнул Салават, — наш народ не быват изменщик.
— Ваши пойдут? — спросил с сомнением Пугачёв. — Верят они, что я государь точной?