— Своих небось не повесишь!
— Неладно говоришь, полковник! — отчётливо выкрикнул атаман Басов, казачий отряд которого действовал совместно с Салаватом. — Надо круг спросить. Ты с графа уклад хочешь взять. У нас без суда не вешают. Пусть их круг судит…
— И верно, народ пусть судит… Ты что за хан такой! — выкрикнул мародёр. — Правь круг, Басов!
Тогда Басов выехал вперёд.
— Эй, атаманы! — крикнул он. — Храбрые атаманы! Вот четверо мошенников и воров… Они детей и старых обидели, как боярские командиры обижают… Вы на службу государю Петру Фёдоровичу пошли, а они на ваших детей напали и ваше добро грабили… У кого из вас дома хозяйки с робятами остались, атаманы-молодцы? Эти четверо воров ваши домы пограбят, всех детей ваших побьют и хозяек изблудят силой. Любы ли вам такие дела? Что делать с такими волками?
— Вешать их! — закричали теперь из толпы.
— Одних повесим, а других помилуем, коли деревни грабить будут, али всех повесим, кто деревни покорные обижать станет?
Четверо грабителей, побелевшие и растерянные, стояли перед толпой. Они не ожидали, что Басов поможет Салавату, думали, что казак за них вступится перед башкирами, и ошиблись…
— Всех, всех вешать! — кричали из толпы.
— Верно, атаманы, всех вешать. С нынешнего дня всех повесим таких, а из сих для страху лишь главного. Кто у вас за старшого был? — обратился Басов к грабителям.