Женщин насильно оттаскивали от дверей Кулуева дома, но они, отбиваясь, рвались развалить завал у дверей, царапались, выли, кусались…
— Огня изменникам! Жечь их! — кричали юные воины.
И пламя опоясало дом…
Улица осветилась. Быстро занялись стены Кулуева дома. Обречённые гибели злодеи завопили в отчаянии, моля о пощаде. Их жены вырвались из толпы и кинулись в пламя. Их схватили и, отбивавшихся, потащили назад. В это время двое людей показались на охваченной пламенем кровле, одежда на них горела. С воплем звериного ужаса бросились они с крыши в сугроб.
Салават наложил стрелу, и один из них упал, поражённый её остриём.
— Я поеду с вами! Я с вами! — крикнул второй, умоляюще простирая руки.
— Так воинов не набирают, — сказал Салават и спустил стрелу во второго…
Ещё двое выскочили в тот же пролом в кровле, ринулись в снег. Один из них побежал… Ещё один выскочил из огня на улицу.
— Ни один не должен уйти! — обратился к воинам Салават.
— Бей их, бей! — закричали в толпе, и десятки дубин, стрел, пуль и камней обрушились на спасавшихся из огня.